пули

(no subject)

Ну вот зачем, зачем мне повестка из военкомата? Самая ненужная на свете вещь. С такой штуковиной ни тебе прописки, ни загранпаспорта. Как таракан вынужден ныкаться под плинтус, прятаться от людей в форме, которым глубоко фиолетово на твои планы. А на год в такой отпуск ну очень не хочется. Да и зачем? Жена, квартира, безлимитный интернет, кабельное – все это променять на одинаковые бритые головы в зеленой форме и кирзовых сапогах? Научиться заправлять кровать пока горит спичка, обрести очень полезный навык выравнивать все по нитке, уметь радоваться даже самой хилой морковке на ужин - нет, спасибо, не аргумент.
фрикография

(no subject)

ОН остался в другом мире. Я звал его с собой, но он отказался примерять на себя 21 век. Там, где его зовут принцем (а кто-то предателем, пусть), ему уютнее и теплее. Там с ним осталась и Его Принцесса, его жена.
Мне же она подарила алую атласную ленту, которой заплетала волосы. Такое бывает, когда из сна выносишь материальную веешь. Память о том, кем ты был там…. И память о том, кого там оставил…
пули

(no subject)

- Привет, дружище! Как давно я тебя не видел! Признаться, мне было нелегко без тебя, без твоего все понимающего взгляда, дружеской поддержки и верного сердца.
Помнишь ли ты, как мы весело проводили время вдвоем? Мы могли всю ночь разговаривать о звездах, придумывать им новые имена, загадывать желания, если одна из них вдруг падала.
Мы могли строить планы на будущее, обсуждать грядущие подвиги и приключения.
А помнишь, как ловко мы сбегали в ночи от собственных стражей?
Как во время королевской охоты гонялись за оленями?
А тот безумно красивый букет роз, который был достоин самой королевы, а мы, МЫ подарили его обыкновенной БЕЛОШВЕЙКЕ!
Где все это сейчас, дружище? Кем мы стали?
Из наивного принца я превратился в жестокого тирана, а ты… ты почти и не изменился, только нет былого блеска в твоих глазах. Наверное, я правильно поступил, приказав сделать из тебя чучело, мой верный Снежок.
фрикография

(no subject)

Он закрыл за ней дверь и тихо потащился в свою комнату. По дороге запнулся о кресло. Сил не хватило даже на то, чтобы выругаться. Он просто посмотрел на него. В то место, где, по его мнению, должны были бы быть глаза. Вместо жестокого, вызывающего взгляда получилось что-то жалкое, совсем не страшное, хотя и не смешное. Зато теперь ему остро понадобилось видеть ее.
Он вышел на балкон и стал ждать. Не прошло и минуты, как из подъезда вышла она. И, казалось, даже не взглянула на него. Шла и все. В сторону остановки. Он смотрел ей в спину, а видел лишь ее лицо. Оно было близко, буквально в паре сантиметров. Сейчас он игриво коснется ее кончиком своего носа, и она нежно улыбнется. Но она все неумолимо отдалялась и отдалялась. Ему вдруг безумно захотелось сорвать кольцо с пальца и бросить. Нет, не ей в след, а просто вниз, в бездну, ко всем чертям. Он остановил себя. Понял, что за кольцом полетит и он сам. А полет с высоты пятого этажа ничем хорошим не кончится. Тем временем она уже скрылась из виду. Он резко захлопнул окно, чудом не повыбивав стекла, и пошел. Пошел догонять ее. Ноги сделали пару шагов и замерли. Крепчайшей хваткой в него вцепилась мысль о том, что ветер нельзя ни догнать, ни остановить, ни, тем более, поймать в ладони. Ветер легко вырвется даже из самых крепких объятий. Этот ветер можно только приманить. Приманить кучерявыми тучами, пышными верхушками лесных деревьев, бескрайними полями или бесконечной водной гладью. Только там ветер будет игрив. Но и там лишь пока не натешится. А потом непременно уйдет. Да и какая к черту разница. У Него все равно нет ТАКОГО богатства, какое нужно ветру.

Воздушные замки не в счёт.

Не помня себя, он вернулся в свою комнату и погрузил себя на диван. Больше думать он не мог. Да и не хотел. Просто смотрел в потолок. Хотелось провалиться сквозь диван на пол. Хотелось просто перестать существовать. От этой мысли стало противно.
Звонок в дверь его нисколько не заинтересовал. Но и проигнорировать его не получилось. Он пересилил себя, поднял свое опустевшее тело и пошел открывать.
А за дверью, едва сдерживая себя от слез, ждала Она.
Джентельмен

Нет, цель того не стоила.

Трость сломана, цилиндр потерян, часы разбиты, плащ порван, жилет испачкан чужой кровью…
Погиб джентльмен.
Совесть, в отличие от фрака, не отстирать и не заштопать.
В глаза смотреть!

...

Это уже четвертая….
Да, точно, четвертая ночь, которую я должен был встречать в Иркутске. Но какое-то там чертово правило, которое я чертегде и чертекогда зазубрил, гласит «природа знает лучше». И если она решила, что я останусь тут, в Ербогачене, значит так оно и будет. Для этого матушке природе и надо-то было всего несколько дней пролить дождиком да просыпаться первым снегом. В августе-то месяце!
Хотя, что там говорить, сам виноват. Знал ведь, что подобная неувязочка выйти может. Но вместо того, чтобы билет на более раннее число взять, отправился на охоту. Пострелял, конечно, здорово. Я бы даже сказал от души. И дичь на костре жарил, и ночевал в лесу, и медведя под конец у озера встретил…
В целом, замечательно отдохнул. Осталось теперь в Иркутск вернуться и снова вцепиться в кусочек гранита науки. Вот только дождусь самолета…

59,63 КБ

76,75 КБ
Джентельмен

Ербогачен

Славный хоббит Дик вернулся в свой родной Шир.
Нет границ его радости. Здесь есть для него все. И голубое небо с кучерявыми облаками, и зеленые леса, бесчисленные тропинки которых можно топтать босыми ногами не один десяток лет. Здесь такой безумно чистый воздух, что так и хочется ловить, зачерпывать его ртом. А вода в местной речке самой нужной температуры, не теплая, но и не холодная. Самая что ни на есть освежающая водица, дающая столь желанный отдых разгоряченному ярким солнцем телу.
Время здесь летит незаметно. Дик и забыл уже, когда последний раз смотрел на часы. Тут они ему не нужны. Встает он, когда захочет, делает то, что вздумается (в основном дни напролет проводит у реки), и спать ложиться тогда, когда просто устанет бодрствовать.
Он нашел в своей кладовке под толстым слоем пыли старенький хлипенький мольберт, его собственный мольберт, мольберт его детства. Он вновь стал рисовать, хотя карандаш в его руке его уже не так послушен, как когда-то. Он стал всюду носить с собой простенький блокнот, в котором копятся его мысли и чувства, не выраженные в речи. Он стал чаще наведываться в библиотеку и засыпать в мягкой кровати с книгою в руке.
Он ничуть не расстроен отсутствием в своем Шире мобильной связи. Это ж можно ходить к другим хоббитам в гости без предупреждения! Главное не засидеться в чужой норе да не переборщить со здешним пивом.… Хотя, белые ночи же! Можно и засидеться. =)
В общем, ему замечательно!
Вот только приключений славному хоббиту Дику опять не хватает…

Collapse )
В глаза смотреть!

(no subject)

…Вот оно, вошедшее в поговорки Перепутье…
…Куда? Как же я поступил? Как любой безнадежный романтик, нашел оправдание:

- Есть время погоняться за мечтой, да, шарик?
- Ты за рулем.
- Хороший ответ!
с «Трасса 60».
Джентельмен

Улыбнуло

«Иногда еху приходит фантазия забиться в угол, лечь на землю, ныть, стонать, и прогонять от себя каждого, кто подойдет. Обычно это молодые, здоровые, упитанные животные; пищи и воды им не требуется, никакой боли они, по-видимому, не испытывают. Что с ними происходит, понять невозможно. Единственным лекарством против этого недуга является тяжелая работа, которая неизменно приводит пораженного им еху в нормальное состояние».с Джонатан Свифт «Путешествия Лемюэля Гулливера».